www.krokod.ru

Ну почему то единственное, что мы не имеем, мешает нам наслаждаться всем тем, что мы имеем?

(с) Секс в большом городе


 

Архив цитат
Для тех, кто ищет увлекательную и качественную тематическую прозу

Фото

Подписка на новости

Оформите подписку на новости:

Поддержи проект!

Вы можете выразить свою благодарность авторам, воспользовавшись ссылками ниже:

Записки Джо. 11е декабря.

Я лежу на пляже, на спине. Мои глаза закрыты. Рядом шумит океан. В закрытые глаза светит солнце. И вместо обычной черноты я вижу теплый голубой свет. Словно смотрю сквозь сомкнутые веки на небо, а небо цвета воды в океане. Все перемешалось в моем сердце.
Я лежу на черном песке. Весь этот остров — порождение вулкана. Мне так хочется замереть в этом моменте, запомнить его каждой клеточкой своего тела. Я сгребаю в ладонь горсть песка. Он мокрый и крупный и темный. Он такой необычный. Он не высыпается из моих рук, словно подтверждая саму возможность ухватиться за мгновение и продлить его. Я откидываюсь на спину, сжимая ладонь. В этот момент мое существование кажется мне вечным. И бесконечно прекрасным.


Вчера мы поднимались на вулкан. Я бежала впереди всех, прыгая по камням все выше и выше. Я ощущала неимоверную легкость. И мне хотелось только одного: подниматься по застывшей лаве вверх. Только это. Словно это было подтверждением моей жизни. Я жива. Я хочу бежать, двигаться, хочу смотреть и видеть красоту вокруг себя. И я бегу. У меня есть желание и силы на исполнение этого желания. И я, не откладывая, бегу за своей радостью. В тот момент это казалось мне самым верным подтверждением моей жизни, моего желания жить. Оно было так ново, после того как я осознала его. Так ново, что я наслаждалась им каждый момент. Просто бежать, чувствуя свои силы, свою легкость, свою способность бежать и наслаждаться бегом, полетом.
Я застыла на вершине утеса. Далеко впереди лежал вулкан, коричневый с пологими склонами и белой покрытой снегом верхушкой. Ветер трепал мои волосы. Холодный ветер. А горячее солнце грело мне спину. Я думала об Андерсине. Как всегда в самые радостные и счастливые моменты. Я думала о том, что весь этот мир — чудо, и что Андерсина — тоже чудо в этом мире. Андерсина и её любовь. Любовь, которая вернула меня к жизни и подарила мне крылья.
Помню еще этой зимой мне ничего не хотелось, все тяготило меня. И не было сил даже на простую прогулку. А сейчас, мне кажется, я могу свернуть горы, и это чувство удивительно и долгожданно. Я ему рада.
Я как когда-то безнадежно скомканный лист бумаги вдруг распрямлялась, расправлялась, возвращалась к своей прежней форме. Да, на листе останутся складки, но на нем уже можно писать. Писать новую историю моей жизни.
Никогда раньше я не думала о том, что море и океан это две разные вещи. Я вообще никогда раньше не думала об океане. Для меня существовало только море. Оно звало меня, сводило с ума, будоражило мое сознание и волновало душу. Казалось мне самым прекрасным творением Создателя.
И вот теперь вдруг, словно у моего мира появилось новое измерение, словно открылась новая половина. Океан. Невероятный. Я даже не могу подобрать слов. Могучий, катающий меня на голубых волнах океан. Само дыхание нашей планеты. И такой ласковый, несмотря на всю его мощь. И вода такого пленительного цвета в нем. Я ощущаю океан, как нечто невообразимо огромное и прекрасное, нечто принимающее тебя и баюкающее в своем объятии.
Я думаю об Андерсине. О её прекрасных зеленых глазах. Теперь я знаю, какого они цвета. Они цвета океана.

Я сбегаю вниз к нашей группе. Улыбаюсь. Понимаю, что улыбаюсь слишком сильно, слишком заметно, слишком непохоже на обычных людей. А что мне делать? Я не умею по-другому. И это так сложно, притворяться обычным, когда ты ненормальный.
Я с нежностью думаю о своем сумасшедшем доме, где меня знают и любят. Где никто не смотрит искоса. Где можно прыгать и радоваться каждому дню.
Здесь, среди людей, людей, которые не знают меня, я одергиваю себя каждый раз, когда катаюсь на волнах. Одергиваю себя, когда хохочу в голос от удовольствия, если волна накрывает меня с головой и я на время теряюсь в ней. Одергиваю себя, когда кричу от восторга о том, какого потрясающего цвета вода в океане.

- Все никак не привыкнешь? - спрашивает Элен, когда я в очередной раз что-то восклицаю.

- Я не хочу привыкать к такому, - отвечаю я.

И она соглашается со мной.


Мне нравятся эти люди. Они интересные и красивые. Я хочу с ними дружить. Я желаю их общества. И я не могу им открыть, кто я есть.
Я понимаю, что среди людей не принято кричать. И не принято прыгать от восторга. И с щемящей радостью думаю о том, что, слава богу, у меня есть свой дом. Место, где я могу радоваться, не боясь, что меня сочтут ненормальной и перестанут со мной дружить. И пусть это дом сумасшедших.
А еще теперь в моем мире есть океан. И за это я люблю этот остров. И этих красивых и интересных людей.
Я бы хотела поделиться этим всем и с Джульеттой тоже. Но не могу. Я не хожу к ней в гости, не пишу и не звоню ей. И не высказанное чувство, неразделенное чувство радости с любимым человеком давит мне грудь.


- Вот, малыш, - говорю я Андерсине, положив голову ей на плечо.
Я вернулась, я обнимаю любимого человека, и счастье переполняет меня.
Счастье буквально подбрасывает меня в воздух с того самого момента, как я увидела Андерсину в аэропорту. Она ждала меня. Она вся была ждущая меня. Об этом ожидании говорило в ней все. И как только я увидела Андерсину, я почувствовала, как неведомая сила поднимает меня и подбрасывает в воздух. Я запрыгнула на тележку с багажом и устремилась навстречу любимой.
Уже скоро усталость от ночного перелета сморила меня, я начала клевать носом, и моя бурная радость сменилась умиротворенной улыбкой на губах. Но счастье продолжало жить во мне. Перекатываясь ласковой мощной волной. Я знала цвет этой волны, помнила его. Достаточно было посмотреть Андерсине в глаза.

А следующее утро, как всегда, началось с поцелуев и поглаживаний. Еще не проснувшись полностью, едва открыв глаза, мои руки уже притягивают к себе мое сокровище. Я обнимаю Андерсину, глажу её, целую. Мне хочется пощупать её всю, дабы убедиться еще раз, что она рядом.

 

Мое сердце замирает от восторга, когда она готовит мне завтрак. Я смотрю в пиалу с геркулесовой кашей, и это видение кажется мне совершенным. Сам факт того, что Андерсина заботится обо мне, кажется мне чем-то невероятным. Она заботится обо мне, ей хочется это делать, это приносит ей радость. Все эти чувства смешиваются у меня в груди, заводя внутренний двигатель, позволяя моему сердцу биться.

 

Приготовленный Андерсиной горячий бутерброд бесподобно вкусен. Я погружаюсь в самую глубину повседневности, обыкновенного существования. Но никогда еще ранее мое обыкновенное существование не казалось мне столь необыкновенным. Столь желанным и сказочным. Просто быть. С ней.

Я с содроганием вспоминаю свое одиночество. Мое хваленое одиночество, моя свобода. Даже думать об этом не хочу. Страшно.

 

- Ты по-прежнему не общаешься с Джульеттой? - спрашивает Андерсина.

- По-прежнему, - я хмурюсь.
- Я хочу, чтобы ты написала или позвонила ей.

Я поднимаю на любимую удивленный взгляд:

- Зачем?
- Затем, что она твой любимый человек. Нельзя оставлять все так. Каждый раз думая о ней, тебя будут беспокоить чувства. Я не хочу, чтобы тебя что-то беспокоило. Я за любовь. Это глупо прекращать общаться. Это просто глупо.

Я хлопаю глазами.

- Ты не боишься конкуренции?

- Не боюсь, - смеется Андерсина. - Я люблю тебя больше, чем она. И к тому же...

- К тому же? - в моем голосе звенит интерес и восхищение.

- Я умнее.

От смеха у меня выступают слезы на глазах.

Андерсина в который раз удивляет меня. Удивляет и восхищает.

- Я очень люблю умных и уверенных в себе женщин, ты знаешь об этом?

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список комментариев:





Введите текст на картинке