www.krokod.ru

Ну почему то единственное, что мы не имеем, мешает нам наслаждаться всем тем, что мы имеем?

(с) Секс в большом городе


 

Архив цитат
Для тех, кто ищет увлекательную и качественную тематическую прозу
Обсудить на форуме

Пират и Королева. Рассказ по сериалу "Однажды в Сказке" (пейринг Swan Queen) . Автор Джорди Риверс, BlondeWhisky.

- Что это у тебя? – спросила Регина сына, когда Генри выскакивал за дверь с объемистым  свертком в руке.

- Это… - Генри замялся, пойманный врасплох. – Это для Эммы… Я хочу, чтобы она пришла завтра на рождественский бал для всех жителей Сторибрука. 

- И? – приблизилась Регина, строго глядя на мальчика.

- Я взял одно из твоих платьев, - он опустил голову.

Мадам мэр требовательно протянула руку. Генри, нехотя, передал ей сверток. Сверху к нему скотчем была бережно приклеена записка «Я очень хочу провести этот праздник с тобой».

- Ты опоздаешь в школу, - холодно произнесла Регина, придерживая рукой дверь.

- Неужели ты не разрешишь!? – с неверием в голосе воскликнул Генри. – Это же просто бал!

В глазах его Регина видела и мольбу и зарождавшуюся ненависть. Как много бы она отдала за то, чтобы ее сын никогда на нее так не смотрел.

- Тебе пора, - сказала мадам мэр, выпроваживая Генри за порог.

 

 

- Доброе утро, шериф!

Эмма чуть ли не подпрыгнула в своем кресле при металлическом звуке этого голоса. Голоса Регины. Приемной матери ее сына и одновременно женщины, которая каким-то образом умудрилась забраться в ее сны, превратив ставшие привычными за двадцать восемь лет кошмары в сладкие фантазии. Почти эротические.

- Мадам Мэр, - хмуро произнесла в ответ Эмма, не ожидая от визита ничего хорошего.

- Вы идете на бал? – неожиданно беспечно и миролюбиво спросила Регина, подходя ближе. Строгое серое пальто ее было распахнуто, и от женщины веяло морозом.

Эмма подумала о том, что если бы в Сторибруке шел снег, то, учитывая обычную холодность женщины, сейчас бы в волосах Регины красовались снежинки. Эмма тряхнула головой, отгоняя некстати возникшее видение. Снег на Рождество в Сторибруке был таким же невероятным явлением, как и все сказки Генри.

- Нет, - ответила Эмма, отступая назад.

Она знала, как сильно Генри хотел, чтобы она была там. Но все ее попытки надеть платье оканчивались в лучшем случае конфузом. А Эмма ни в коем случае не хотела выставить себя в подобном свете перед жителями города, и перед мэром в первую очередь.

В общем, вопрос был не из приятных, и шериф забегала взглядом по стенам, желая, чтобы неожиданный визит поскорее закончился.

- Ах да, вам же не в чем! – произнесла Регина, и в голосе ее слышался сладкий яд. – Совсем забыла, что вы явились к нам без багажа.

Эмма почувствовала, как краснеет. Мэр задела ее за живое. Не то, чтобы в ее словах было что-то очень обидное, просто всегда, когда Регина говорила, она задевала Эмму за живое. Так уж действовали на шерифа звуки ее голоса.

- С чего вы взяли, мадам Мэр? – произнесла Эмма, с вызовом глядя на ту, что в этот момент для нее являла собой настоящее воплощение зла. – У меня есть… костюм… - уже менее уверенно добавила Эмма, судорожно соображая, какая из кофточек Мэри Маргарет может подойти под это звание.

- Надо же, как интересно! – воскликнула Регина. – Что же за костюм? Красный верх, черный низ? – и мадам мэр окинула Эмму взглядом сверху до низу, намекая на ее куртку и джинсы. – Или может, костюм шерифа? – и Регина повернулась к вешалке, где одиноко висела куртка Грэма.

- Или… - женщина сделала еще два шага по направлению к Эмме так, что та оказалась перед распахнутой дверью в камеру. – Вы всегда можете прийти…без костюма.

Губы мэра сложились в самодовольную ухмылку.

- Что?.. – вырвалось у Эммы в непонимании. А потом, когда она поразмыслила над предложением Регины еще мгновение. - Что-о-о?!

- Знаете что? Мне надо работать! – с этими словами Эмма, почти оттолкнув женщину со своего пути, вылетела из офиса.  

 

- Теперь, когда вопрос посещения бала принял характер личного противостояния, я полагаю, шериф Свон, вы точно придете, -  удовлетворенно заметила Регина, проводя рукой по поверхности рабочего стола Эммы.

- А мне надо зайти на почту и отправить посылку, - добавила мэр, направляясь к выходу.

 

- Доставьте вот этот сверток в дом Мэри Маргарет, - распоряжалась Регина, заполняя бланк в местном почтовом отделении.

- А этот куда? – спросил ее работник почты, с опаской поглядывая на мэра, будто знал, что она была Злой Королевой.

- Этот? – переспросила Регина, глядя на второй сверток. – Да кому угодно.

- Будет сделано, - проворчал гном.

 

 

Это было утром.

Вечером же Эмма захлопнула папку с материалами по последнему делу, потерла лицо и посмотрела на часы. Половина восьмого. Мэри Маргарет говорила, что сегодня ждет ее пораньше с работы, чтобы вместе наряжать елку. Эмма никогда не любила Рождество. Этот семейный праздник в который раз напоминал ей о вечном спутнике – одиночестве. Но в этот раз она ждала его с незнакомой ранее радостью. В ее жизни появился Генри. А если на секунду поверить в то, что Мэри Маргарет – это Белоснежка, то она будет наряжать елку вместе со своей матерью. 

- Главное не думать о том, что мы одного возраста, - пробормотала Эмма себе под нос, хватая с вешалки куртку.

Даже мысли о Регине и ее утреннем визите не могли испортить шерифу настроения. Вот бы еще как по волшебству у нее появился костюм для маскарада. Но Эмма понимала, что это желание относится к разряду совсем сказочных.

 

- Не знала, что время подарков уже наступило, - улыбнулась Эмма, заметив на стуле пухлый сверток.

Они с Мэри Маргарет только что закончили наряжать елку, которая теперь занимала практически все свободное пространство их холла, бывшего одновременно и кухней.

- Это для тебя! Днем принес почтальон, - ответила учительница, поправляя и без того идеально висящий на пушистой ветке шар. – От Генри.

- «Я очень хочу провести этот праздник с тобой», - прочитала Эмма вслух накарябанную неровным детским почерком надпись на посылке. – «Генри».

- Это так мило, - сказала Мэри Маргарет, умиленно склонив голову набок.

Эмма предпочла воздержаться от комментариев. Ее сердце уже сжалось в нехорошем предчувствии. В посылке легко могло оказаться платье Регины.

- Что это такое? – удивленно воскликнула шериф, выуживая из пакета треуголку, а вслед за нею плащ и абордажную саблю. – Это что костюм пирата?

- Скажи спасибо, что не очередная блузка мэра, - с улыбкой заметила Мэри Маргарет, заглядывая за плечо дочери.

- Мне идет? – весело спросила Эмма, прикладывая к лицу черную, расшитую серебром маску. Настроение у нее вдруг необъяснимым образом улучшилось.

- Вы неотразимы, капитан! – подыгрывая ей, захихикала Мэри Маргарет.

- Где он только это взял? – рассмеялась вместе с нею Эмма, продолжая облачаться в пиратский наряд.

 

А совсем неподалеку от их дома доктор Арчи Хоппер тоже распаковывал неожиданную посылку. Он был очень удивлен, получив ее, ведь к бумажному пакету была приклеена записка от Генри со словами, «Я очень хочу провести этот праздник с тобой». Но его удивление возросло в несколько раз, когда он увидел, что именно содержалось в посылке. Красивое вечернее платье Регины.

- Генри, нам надо будет о многом поговорить с тобой на следующем сеансе, - пробормотал сверчок, в растерянности опускаясь на стул.

 

Следующий вечер, как и ожидалось, был наполнен радостным волнением и каким-то даже сказочным предвкушением чудес, в которые хоть никто и не верил, но все их ждали.

Эмма с Мэри Маргарет гуляли по шумному залу в своих маскарадных костюмах. Пират и… Белоснежка. Эмма чуть чаем не поперхнулась, когда вчера узнала, кем именно хочет нарядиться на бал учительница. Но возражать было бессмысленно.

Наконец, шериф отыскала взглядом Генри. Он появился, держа за руку Регину. Одеты они были как королева и ее сын, то есть принц.

- Да вы что все, сговорились что ли! – пробурчала Эмма себе под нос.

Как только Генри с Региной разделились, шериф выловила сына из толпы и схватила за плечи:

- Что вы здесь делаете, молодой человек? – спросила она с наигранной суровостью.

И хотя маска слегка искажала ее голос, Генри узнал женщину.

- Эмма! Ты пришла! – воскликнул он, обнимая ее. – Но… - нахмурился мальчик, осматривая пиратский наряд матери.

Не успел он спросить у нее про платье, как Эмма сказала ему:

- Спасибо за костюм. Ты придумал идеальный вариант.

Генри раскрыл было рот, но решил, что все и так хорошо. Ведь самое главное, что Эмма здесь.

- Пойдем, найдем Мэри Маргарет, - сказала шериф, беря сына за руку.

 

- Я думала, что кодекс пирата не позволяет вам воровать детей, капитан, - услышала она позади себя голос Регины.

- Ваше Величество, - медленно развернулась к королеве Эмма. – Я всего лишь хотел угостить ребенка сладостями.

Волнение сделало ее голос хриплым и чужим.

Шериф внимательно всматривалась в глаза Регины, горящие в миндалевидных прорезях маски, словно два драгоценных камня. Она пыталась понять, узнала та ее или нет. И придя к выводу, что ее личность не раскрыта, решила перейти в маленькое наступление.

- Принц! Увидимся на борту! – отсалютовала она Генри, отправляя его к столу с угощениями.

Эмма никогда не надеялась на то, что сможет рассказать Регине о своих чувствах, но сейчас ей выпала невероятная возможность пофлиртовать с женщиной.

- Дети не входят в перечень высоко ценимых пиратами товаров, - произнесла Эмма, опуская ладонь на рукоять сабли, приделанной к поясу. И тут же добавила с ноткой угрозы в голосе, шагая к Регине. – А вот королевы…

Мадам Мэр, которая, конечно же, прекрасно знала, кто скрывается за маской пирата, была несколько удивлена таким поведением шерифа.

- Теперь вы хотите похитить меня? – игриво спросила она, одаривая капитана лучезарной улыбкой.

- Я как раз обдумываю такой вариант, - призналась Эмма, делая еще один шаг к женщине.

- Вот как… - Регина хотела, было, ответить что-то остроумное, но неожиданно вспыхнувшее возбуждение, выбило у нее из головы все мысли, и она смогла только удивленно повести бровью.

- Это очень самонадеянное заявление, вам не кажется? – спросила она, отступая вглубь зала. – Не побоитесь связаться со Злой Королевой?

- Вот мы и проверим, насколько вы злая.

Эмма следовала за Региной, пребывая в полной уверенности, что держит инициативу в своих руках.

- Что ж, капитан, прекрасная возможность сделать это прямо сейчас, - произнесла мэр, вдруг останавливаясь.

Она указала наверх, призывая Эмму посмотреть туда.

Шериф подняла голову и увидела, что прямо над ними висела украшенная красной лентой и колокольчиком ветвь омелы. 

- Что… сделать… прямо… сейчас? – выдавливая из себя слова, спросила Эмма, вмиг растеряв всю свою уверенность.

- Поцеловать меня, - расплылась в улыбке мадам мэр.

Казалось, она наслаждалась тем смятением, в которое ей удалось повергнуть капитана.

Шериф знала, что Регина была неравнодушна к смазливым молодым людям, коим могла показаться ей Эмма в своем пиратском наряде. Но одно дело флиртовать с мэром, и другое дело целовать ее.

«Да она меня в порошок сотрет, когда узнает, с кем целовалась!», - лихорадочно соображала Эмма, застыв в центре зала под пристальными взглядами собравшихся.

- Чего вы медлите? Растеряли по дороге всю вашу удаль?

Регина откровенно смеялась над ней.

Молча, Эмма наклонилась к женщине. Она надеялась на то, что Мэри Маргарет не позволит Генри лицезреть эту сцену.

- Ну же, капитан, смелее, - улыбнулась Регина в лицо Эмме, когда та остановилась в миллиметре от ее губ.

Все, что Эмма могла сейчас видеть, так это горящий вызовом взгляд Регины и ее ярко-красные губы.

«Будь что будет», - подумала шериф, закрывая глаза. «В конце концов, если в нашем штате узаконены однополые браки, за поцелуй меня никто не убьет».

А затем ее поглотил водоворот ощущений, в котором потонули надежды на то, что поцелуй ограничится легким прикосновением. Губы Регины оказались горячими и требовательными. Мадам мэр собиралась в полной степени получить то, чего желала. Эмма почувствовала, что не может оставаться безвольным участником происходящего, и ответила Регине со всей дерзостью, на которую была способна в своем полуобморочном состоянии.

- Прекрасно, капитан, - произнесла мадам мэр, легонько отталкивая разошедшегося не на шутку шерифа. – Хоть на что-то вы оказались способны.

- К счастью, мы никогда не узнаем, с кем разделили этот поцелуй, - ответила ей Эмма, вновь принимая независимый вид.

- Я всегда знаю больше, чем другие, - сказала Регина, наклоняясь к шерифу. И, почти касаясь губами ее уха, добавила. – Можете не сомневаться в этом, шериф Свон.

И глядя на то, как расширяются голубые глаза Эммы в прорезях маски, Регина беззаботно произнесла:

- С первой встречи хотела попробовать, как это, целоваться с тобой.

С этими словами она исчезла в толпе.

 

Уже стоя на улице, куда она выскочила, как ошпаренная, чтобы прийти в себя, Эмма заметила, что в Сторибруке пошел снег. Мягкий, ласковый, пушистый, такой, каким и должен был быть самый настоящий сказочный снег. Невероятно, но это было правдой.

- Это Рождество и впрямь особенное, - подумала Эмма, наслаждаясь ощущением таящих снежинок на своем лице.

 

 

 

 

Волшебство в Рождество.

 

 

Рождество – время чудес. Регина с сомнением посмотрела на одиноко стоящую на кухонном столе свечу, и вспомнила, как совсем недавно загадала желание. В тот самый вечер, когда в ее жизни и в жизни Генри появилась Эмма Свон.

Глупо.

Она, конечно, верила в волшебство. Кому как не ей? В настоящее волшебство, которое можно творить своими руками, за которое потом надо платить дорогую цену. Во всякие безобидные свечи она не верила.

И все-таки, что-то изменилось в ней самой с тех пор.

Регина вспомнила тот вечер.

 

Она сидела в гостиной в компании Грэма. Генри сильно задерживался после школы. Уже давно стемнело, а его все не было. Но вместо того, чтобы выйти на улицу и начать поиски сына, мадам мэр сидела в компании своего молодого любовника.

Все было не так. Начиная с того, что у ее любовника не было сердца. Она сама когда-то вырвала его из груди охотника. На что теперь жаловаться?

Время остановилось в этом чертовом городке, и все его жители, несмотря на висевшее над ними проклятье, как-то строили свою жизнь. Регина же все будто ждала чего-то. Само только знание о том, что есть другая более настоящая и более сказочная реальность, где все они были собой, являлось по истине высокой платой за совершение проклятья.

Она столько заплатила за него. А ничего не изменилось. Она по-прежнему была одна.

Грэм отправился в холл за новой порцией яблочного сидра. А мадам мэр, стараясь не думать о том, что делает, пошла на кухню. Там она схватила спички и зажгла свечу. Поскольку привычное волшебство ей было не доступно, приходилось прибегать к таким нелепостям, чтобы подарить себе хоть какую-то надежду. Еще одна капля безумия в ее жизни. Но хуже точно не будет. Что может быть хуже, чем человек без сердца и без собственной воли, который ждал ее в гостиной?

Как только дело было сделано, в дверь позвонили.

- Неужели работает? – удивилась Регина.

И посмеиваясь над собой, она двинулась открывать дверь.

«Интересно, какой он? Высокий шатен с зелеными глазами?»

Воображение услужливо нарисовало ей образ Даниэля.

Реальность же преподнесла сюрприз в виде голубоглазой блондинки, которая обнимала за плечи ее сына.

- Добрый вечер! – дружелюбно заговорила с ней блондинка, переминаясь с ноги на ногу под пристальным взглядом мадам мэр, которым та сканировала незнакомку с головы до ног.

- Кто это? - спросила Регина у Генри, продолжая свой осмотр гостьи.

- Это моя настоящая мама, - ответил ей Генри.

 

 

Сегодняшнее серое зимнее утро, которое после ухода Генри в школу она вновь проводила одна в огромном разукрашенном к Рождеству доме, навевало на нее невыносимую тоску. Регина подумала о своих потерях. Даниэль… Грэм… И вспомнила, как на прошлой неделе ее спор с шерифом Свон чуть не закончился поцелуем. Она вспомнила выражение крайнего удивления на лице шерифа. Да и сама вероятно выглядела не лучше, потому что была в равной степени ошарашена неожиданным поворотом их перепалки.

Неужели она дошла то столь крайней степени отчаяния, что готова искать спасения от одиночества в объятьях Эммы Свон? Шапка, может быть, еще, куда ни шло, но Свон!.. Ее заклятый враг… С чьим появлением в Сторибруке ее жизнь стала невыносимее, чем прежде. Или это очередная плата за проклятье?

В дверь позвонили.

- Что вы здесь делаете, шериф? Не спится? – поприветствовала Регина Эмму, стоящую на пороге. - Или забыли, где ваше рабочее место?

- Я здесь по вашей просьбе, - ответила Эмма, устало глядя на мэра. Она уже привыкла, что вежливые манеры Регины летят в тартарары рядом с ней. – Вы плакали? – нахмурилась шериф, увидев красные глаза мэра. – Что-то с Генри?

Не дожидаясь приглашения, Эмма влетела в дом.

Разъяренная Регина последовала за ней.

- Что вы себе позволяете, шериф?! Генри давно в школе!

Эмма успокоилась только, когда осмотрела весь первый этаж.

- Так что вы делаете в моем доме, шериф? – услышала она голос мэра, наполненный яростью, которая, казалось, могла стирать города с лица земли.

- Я приехала за вами. Сегодня мы должны выбрать елку в лесу для городской площади, если вы помните, - ответила шериф как можно спокойнее. -  А мне одной столь ответственное занятие вы не доверяете.

- Ах, елка! – поморщилась Регина.

Это правда. Она не доверяла шерифу даже в таком вопросе.

Или… Или придумала эту поездку, как повод побыть наедине вместе со своим шерифом? Вот уж невероятная мысль.

Регина тут же отмахнулась от нее. Потому что только в редкие моменты искренности с собой, мадам мэр могла позволить себе посмотреть правде в глаза и признать, что ее тянуло к шерифу. Может, по привычке, кто знает? Грэм ведь тоже был шерифом.

Или это все из-за загаданного желания?

Естественного объяснения своим чувствам Регина не находила. Между ними было столько.. столько всего, похожего на ненависть. И ни одна не знала, как остановить это противостояние.

 

 

В лесу было холодно. Ночью выпал снег. И теперь Эмма с Региной проваливались в него по колено.

- Вы могли бы идти помедленнее, мисс Свон? Я за вами не успеваю! – возмущалась мэр.

- Вас вообще никто не просил идти вместе со мной, - еле слышно бурчала в ответ Эмма.

- Чьи это следы? – спросила Регина, указывая на маленькие отпечатки в снегу.

- Заяц, - пожала плечами Эмма, - или белка, или лиса. В этом лесу полно всякого зверья.

 

- Мы могли бы передохнуть? – спросила Регина после того, как они битый час бродили по лесу в поисках подходящего дерева.

Они посмотрели уже столько елей, но ни одна не устраивала придирчивого мэра.

В результате бесплодных поисков Регина продрогла до костей. Зуб на зуб не попадал. Эмма же выглядела даже несколько разгоряченной.

- Как вам это удается, шериф? – спросила мэр, и сама не зная почему, добавила, - Любовь греет?

Эмма резко обернулась. Так резко, что чуть не свалилась в сугроб. Чему была бы даже рада. Потому что при слове «любовь» в ее памяти вдруг так некстати всплыла сцена их недавнего почти поцелуя. И она не желала, чтобы Регина догадалась об этом по ее взгляду.

Шериф поправила шапку.

- Как вам эта ель? – спросила она вместо ответа, указывая на высокое ладное дерево перед ними. – Подойдет?

- Мне уже все равно, - Регина махнула рукой. Она настолько замерзла, что согласилась бы сейчас даже на облезлый кустарник, лишь бы поскорее оказаться в тепле.

– Жаль, что у вас нет с собой бензопилы, шериф! – добавила мэр с усмешкой.

- Что? – не поняла Эмма.

Она внимательно смотрела на отбивающую зубами чечетку мэра, тщетно пытавшуюся согреться в своем теплом пуховике.

- Вы прекрасно с ней управляетесь, - объяснила Регина.

Эмма приподняла брови.

А мэр покачала головой, устремив взгляд куда-то поверх головы шерифа. Воспоминания уносили ее в свой водоворот, и взгляд женщины становился все более безумным.

- Жаль, что наступила зима, и вы больше не разгуливаете по городу в своих маечках, - продолжала мэр.

Теперь Эмма смотрела на Регину с тревогой. Все ее речи говорили об одном – ей было плохо. Холод или что другое, но мэр бредила.

- Нам надо возвращаться, - твердо произнесла Эмма.

- И мы оставим эту ель здесь? Чтобы потом никогда не найти? – возмутилась Регина.

- Нам надо пометить ее, - предложила шериф.

- Каким образом вы собираетесь это сделать?

- Мы могли бы попросить Шапку, но сегодня не полнолуние!

- Давайте не будем метить Рождественскую ель таким образом.

- Вы меня не поняли, мадам мэр. Она отыскала бы ее по нашим следам, - сказала Эмма.

- Начинается метель, - заметила Регина.

- Тем более надо спешить, - сказала Эмма.

Но не успела она сделать и шагу, как казавшийся поначалу довольно безобидным и даже праздничным снегопад, в одно мгновение превратился в самую настоящую снежную бурю, каждый порыв которой взмывал в воздух мириады снежинок, грозя навсегда поглотить случайных путников.

- Регина! – выкрикнула Эмма, сгребая мэра в охапку.

- Что вы делаете, шериф? – умудрилась в разворачивающемся урагане возмутиться Регина. – Прямо здесь?

- Что прямо здесь? – удивилась в свою очередь шериф.

И встретив взгляд Регины, наполненный одновременно смущением и негодованием, Эмма поняла, что та имела в виду.

- Я не собираюсь целовать Вас, мадам мэр! – воскликнула Эмма, прокладывая дорогу сквозь метель с Региной в обнимку.

- А может, стоило бы, шериф Свон! – в тон ей ответила Регина.

Если бы не страх потерять мэра в снежном урагане и не вытекающая из этого необходимость крепко держать ее, Эмма бы выпустила женщину из рук от шока. Чего-чего, а такие слова она никак не ожидала услышать из уст Регины. 

- Вы, правда, этого хотите? – спросила Эмма, остановившись.

Да, их могло в любую минуту занести снегом, но она должна была выяснить этот вопрос. Потому что для нее он уже давно имел очень большое значение.

Они смотрели друг на друга, одна с надеждой и ожиданием, другая с болью и мольбой.

Эмма не поняла, когда буря прекратилась. Она только вдруг ощутила, что ей тепло, и что, бывшая до этого напряженной Регина, вдруг расслабилась в ее руках. Все стихло.

Шериф ослабила хватку, и мэр буквально отпрыгнула от нее, если такую удаль можно было предположить в женщине, едва державшейся на ногах от усталости и холода.

- Что происходит? – спросила Эмма, оглядывая выросшие вокруг них мерцающие теплым сиянием стены.

- Вы мои гостьи, - услышали они тонкий певучий голосок, в котором, несмотря на всю его приятность, чувствовалась определенная доля насмешки.

- Только не это, - выдохнула Регина, прикрывая глаза. – Только-не-это!

- Вы знакомы? – нахмурилась шериф, внимательно осматривая зависшую под импровизированным мерцающим потолком женщину.

Она была в красивом розовом платье, мельтешила прозрачными розовыми крылышками и игриво помахивала розовой палочкой, вероятно волшебной.

- Скорее заочно, - пояснила розовая женщина.

- Стоп! – тут же замотала головой Эмма, понимая, что видит сейчас нечто не совсем укладывающееся в ее представления о реальности. – Стоп-стоп-стоп!

- Это фея любви, - чуть ли не с презрением произнесла Регина, с опаской глядя под потолок. – Только я совершенно не понимаю, что она здесь делает.

- Выполняю свою работу! – тут же отозвалась фея. – Свою непростую, под час невыполнимую, - добавила она, с укором глядя то на мэра, то на шерифа, - работу.

- Спасаете нас от бури? – попробовала угадать Эмма, продолжая разглядывать экстравагантное одеяние миниатюрной женщины.

- Спасаю вас от самих себя! – разгневанно выпалила фея. – Кто загадывал желание и задувал свечу? Кто хотел любви, а сейчас никак не может рассмотреть ее под собственным носом!

Эмма и Регина ошеломленно раскрыли рты, каждая вспоминая свой момент. Затем они растерянно переглянулись.

- Вы, я и фея любви, - простонала Эмма. - Почему я не поехала за елкой с кем-нибудь другим!

- Потому что хотели ехать в лес именно с Региной, мисс Свон. Перестаньте уже обманывать себя! – отчитывала ее из-под потолка не на шутку рассерженная фея.

- Как интересно, - пропела Регина, поворачиваясь к Эмме с ядовито-сладкой улыбкой.

- Вы, Ваше Величество, ни чем не лучше! – тут же остановила ее фея.

- Ваше Величество? – повторила Эмма, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Она на мгновение прикрыла глаза. – Так это правда?!

- Вас что-то не устраивает, мисс Свон? – участливо спросила фея, спускаясь, наконец-то, вниз.

- Это значит, она Злая Королева, - шокировано воскликнула ей Эмма, почти закричав.

- Ну и что такого! – пожала плечами фея. – В каждой сказке есть Злая Королева. Должен же их кто-то любить.

- Дорогая Фея, - заговорила Регина в своей обычной манере. – Вас не смущает то, что мисс Свон – женщина?

- Если вас саму это не смущает, Ваше Величество, - строго ответила ей фея, - почему это должно смущать меня?

Теперь настала очередь Эммы говорить «Как интересно», вопросительно глядя в сторону озадаченной Регины.

- Но я загадывала нечто другое, - попробовала свой последний аргумент шериф.

- А вы думаете, каждый получает то, что загадывает? У нас ограниченный ресурс прекрасных во всем отношении… женщин! – ответила фея, тоже поглядывая в сторону Регины, которая, казалось, только сейчас начала всерьез воспринимать происходящее.

- Она мать вашего сына! По-моему, очень удачная партия, - хихикнула фея.

- Удачней не придумаешь, - вздохнула шериф.

- Вы знаете, сколько у меня заказов? Знаете, сколько работы? – взорвалась фея. - Если вас что-то не устраивает, можете ждать следующего захода. Лет так через десять.

- Десять? – ахнула Регина.

- Или подумайте о вашем общем сыне и соглашайтесь! – строго произнесла фея. – А мне надо лететь дальше!

Эмма с Региной вновь переглянулись. Но на этот раз в их взглядах было больше осторожности и внимания. Как перед принятием важного решения, когда у тебя нет другого выбора, кроме как принять его. Сейчас они смотрели друг на друга так, как смотрят в лицо судьбе. Манящей и пугающей одновременно.

- Так что? – требовательным возгласом прервала их размышления фея.

- Я… согласна, - первой решилась Эмма.

- Тогда и я согласна, - деланно вздохнула Регина, опуская ресницы в притворном бессилии перед судьбой-злодейкой. – Все-таки мисс Свон лучше, чем десять лет одиночества. В которые вы все равно будете рядом и будете назойливо доставать меня!

- Вот и славно! – заключила фея, взмахивая волшебной палочкой. – Поцеловаться можете потом. 

И она исчезла, оставив Эмму и Регину одних посреди затихшего после снежной бури леса.

Вокруг было так красиво, что женщины не сразу обратили внимание друг на друга, захваченные любованием будто специально под рождество наряженного в свои лучшие снежные одежды леса.

- Нам надо идти, - сказала Эмма, придя в себя. – Никто не знает, сколько мы провели здесь времени.

- Регина! – чуть громче позвала шериф, поняв, что мэр продолжает пребывать в забытьи.

- Ваше Величество тоже подойдет, - очнулась Регина. Она подошла к ожидающей ее Эмме. В голосе мэра уже не было привычных язвительных ноток. Наоборот, там появилось незнакомое ранее приятие.

Шериф протянула женщине руку.

- Вы что полагаете, мы будем держаться за ручки, как школьницы? – возмутилась Регина.

Но опять же ее возмущение было каким-то наигранным. Словно маска, в которой больше не было необходимости.

- Я просто не хочу потерять вас в лесу, - объяснила Эмма, понимая, что могла ограничиться простым «я не хочу потерять вас», и это было бы правдой.

- Уж пожалуйста, - произнесла Регина, вкладывая свою руку в ладонь шерифа.

Заметив свой странный нежный тон, который был ей непривычен, она тут же добавила:

- Если ты надеешься, что я теперь стану покладистее, то зря теряешь время!

- Не надеюсь, Ваше Величество, - покачала головой Эмма.

И без лишних слов притянула к себе Регину для поцелуя.

 

 

 

Обсудить на форуме