www.krokod.ru

Ну почему то единственное, что мы не имеем, мешает нам наслаждаться всем тем, что мы имеем?

(с) Секс в большом городе


 

Архив цитат
Для тех, кто ищет увлекательную и качественную тематическую прозу
Обсудить на форуме

Трудности перевода) . Автор Sociopat L.

1) – Неадекватная!

– Скажи мне то, чего я не знаю.

– Неужели так сложно выслушать меня?

– Заведи себе собаку, они любят слушать, а меня сдай обратно, в зоомагазин.

Летающие тарелки не выдумка, они существуют, причем кружат в опасной близости от моей головы.

О, нет, только не слезы, только не... черт…

Ну вот, ты плачешь.… Как это у тебя так выходит?

– Не надо, пожалуйста, хочешь, я больше не буду?

– Что не будешь?

Та-да-дам… Уникальная викторина, последний шанс участника выиграть спокойный вечер в компании интернета и чашки крепкого кофе.

Варианты:

а) я не буду забывать, что я не курю в твоей квартире (слабовато)

б) я не буду вести себя как засранец (самокритика, это всегда действует, но нужно что-то более конкретное)

в) я не буду делать вид, что наши отношения ничего не значат, потому, что искренне ценю тебя за твою трепетную душу, безукоризненную красоту и вселенскую доброту (неплохо, но с вселенской добротой перебор).

– Я не буду тебя игнорировать. Прости?

Монолит. Китайская стена. Нет, стена плача и общечеловеческой тоски. С чего бы?

– Солнце, ну что произошло-то?

Все мои важные дела по чтению дневников, заполнению блогов и глумлению в сети отложены на неопределенный срок.

– Да иди ты на ***.

– Ну, вооот. Зачем посылать меня туда, где ввиду моей ориентации, я быть не хочу?

Дверь в спальню с грохотом закрывается, теперь надо будет чинить косяк.

Стою на перепутье, уйти в сторону клавиатуры будет чистейшим свинством, но с другой стороны, у тебя в спальне стооолько тяжелых предметов: утюг, гитара, фигурка нелепого фарфорового кота… Летающие коты – это да…

Ладно, можно попробовать кое-что из ретро, впархиваю на кухню и оживленно гремлю посудой, никогда не умела готовить, но ты ценишь усилия, а что может быть более тяжелым, чем мытье посуды?

Час напряженной умственной работы, и ужин готов. Кроме меня, никто не читает инструкцию по приготовлению замороженных пельменей, и не гуглит, как правильно заваривать чай.

– Малыш, а не составишь мне компанию?

Я не знаю, почему я тебя так называю, ты на голову выше меня, и старше на восемь лет. Ты вообще на удивление вменяемый человек, на которого я плохо влияю.

Тишину я люблю, но эта какая-то зловещая.

– Солнце?

Только пули свистят по степи…

Рискую здоровьем и целостностью кота, дабы узреть тебя, застывшую у окна. Красивая, и отчего у меня вечно такое чувство, что я незаслуженно занимаю место рядом с тобой.

– Пойдем, я твой любимый чай заварила, с мятой.

Поворачиваешься, определенно, заставить даму плакать может только бездушный и низкий человек, особенно если у женщины такие чудные серые глаза.

– Ну, пошли, а?

Моя протянутая рука зависает канатом в воздухе, не решаясь дотронуться, хотя взглядом я уже просканировала расстояние до всех предметов, чей вес превышает пятьсот грамм.

Ты протягиваешь руку, теплую, ты всегда теплая, а у меня все время мерзнут конечности, ну чем не повод быть вместе и жить долго и счастливо?

– Ну, что ты хотела мне сказать?

Мы сидим за столом, я даже вытащила эти премилые тарелки с затейливыми старинными вензелями, у тебя были в роду дворяне, не иначе, откуда еще этот вспыльчивый нрав.

– Я не понимаю, за что люблю тебя.

Вот только такой уникум, как я, может подавиться в столь ответственный момент, так что ответить я могу только судорожным движением головы. И только такое чудо, как ты, может внезапно рассмеяться и бить меня по спине, слегка, правда, перебарщивая в усилиях.

Когда я, наконец, прихожу в себя, покраснев до состояния полной готовности, слишком поздно понимать неуместность произнесенной фразы из КВНа:

– Папа тоже всех вас любит: и тебя, и пить, и курить.

(Знаю, со мной тяжело)

Гневный крик заглушается моими губами, я не совсем идиот, чтобы так просто терять удачу, просто для этого мне надо молчать…

 

2) Препаршивое настроение, и ты еще…. Билана слушаешь…. Не, я ничего против не имею, терпение мое второе имя, и если мой труп будет найден рядом с электрическим щитком, это просто совпадение.

Вот за что можно любить женщин? За яркость чувств, конечно, только от излишней эмоциональности иногда раздается скрежет зубов, и нервно подергиваются веки, никак побочное явление. Вот сидишь и смотришь из-за моей спины в монитор, а вчера неся из кухни в спальню телефон, «случайно» смс открылась, конечно, я все понимаю, дорога долгая, аппарат сложный…

Это не повод для расстройства, а вот то, что ты утащила меня из супермаркета, не дав объяснить недалекому молодому человеку, что гомофобия не есть хорошо, это грустно. Да и вообще прискорбно, что такое случается, но это не прекратится, надо смотреть правде в глаза.

– Просто смени имидж.

– Косу до пояса отрастить?

– Прекрати их провоцировать.

– Кого их?

– Людей.

– А я, блин, что, не человек?

Вот я не собираюсь настаивать на изменение Конституции, но и впадать в состоянии комы от возможности коварного разоблачения моей личной жизни не планирую.

Хотя при тебе, правда, было неуместно ввязываться в выяснение отношений. Ты у нас по внешним факторам не идентифицируешься, от клубов тематических шарахаешься, может, еще и «вылечиться» надеешься, лоботомию, говорят, практиковали.

А вообще я злюсь иногда просто так, кризис самоидентификации перешел в кризис среднего возраста, что ли, и еще я не понимаю тебя.

– Ты слишком много куришь.

– Не больше среднестатистического.

– Тридцать две сигареты за вечер?

– Откуда ты? Ты что, окурки считала?!

Перевожу ошалелый взгляд с тебя на пустую пепельницу, в состоянии шока. Это… Странно, очень странно, прям пугает иногда. Большой брат следит за вами, нервно улыбаюсь как жертва маньяка из фильма ужасов. Говорю мягко как ребенку, заглядывая в глаза.

– Я просто перенервничала, солнце, мой начальник неврастеник, хам из супермаркета, компьютер глючит. Знаешь, тебе надо успокоиться, давай я тебе ванну приготовлю, с этой солью или еще чего.

По стеночке отползаю в сторону ванной, криво усмехаясь под твоим настороженным взглядом. Медленно двигаюсь, и, когда ты делаешь шаг мне навстречу, шарахаюсь в сторону двери, ударяясь об шкаф, непонимающие выражение твоего лица и боль в локте вынуждают прекратить выступление, и я смеюсь, согнувшись пополам в коридоре.

Когда меня отпускает, извиняюсь:

– Прости, просто Хичкок вспомнился.

– С тобой невозможно разговаривать, когда ты уже вырастешь?

– Да ладно, тебе, смешно же, у тебя нет чувства юмора.

– У тебя на двоих хватает.

Только не снова. Главное – предотвратить широкомасштабное сражение, развожу руками.

– Так как насчет поваляться в ванной вместе? Знаешь, у меня проблемы в последнее время, и вообще сложные отношения со всеми сейчас, может, просто поболтаем спокойно, без шума?

Эврика. Какая нормальная женщина откажется научить человека правильно жить, указав перстом на тропинку к счастью. А от выслушивания бесполезной информации, опять же, никто не умирал.

И я улыбаюсь, глядя на тебя говорящую, хмурящуюся от обильной пены, такая забавная, милая, правильно рассуждающая, и угораздило же связаться со мной.

– Так ты согласна?

Смотрю и понимаю, что совершенно не уловила суть сказанного, даже стыдно немного.

– Конечно, солнце, здорово, что ты у меня есть. Спасибо тебе за это.

И вот я совершенно не лукавлю, это чистая правда. Как и то, что секс в ванной вещь неудобная, но увлекательная.

 

3) Я очень плохой человек, но совершенно в этом не виновата. Просто у меня отвратительная память, дурное чувство юмора, и много комплексов.

Ты практически идеальна. Честно. Иногда я смотрю на тебя, и чувствую себя как тяжелоатлет, замахнувшийся на рекордный вес, стоит перед тобой сверкающая ноша, а предательский голос шепчет: не возьмешь, приятель. Ну как такое объяснишь? Приходится стебаться, чтобы было не так страшно при соприкосновении с превосходящими силами противника, то есть союзника, то есть… с тобой, короче.

– Ты же помнишь, что сегодня мы идем на день рождения к Игорю.

– Конечно.

Конечно, нет, я даже не помню, что обещала там быть, но вдруг и правда обещала? И вообще, не люблю я твоих друзей. Милые ребята, но… нормальные, семейные, слившиеся в одно представление среднего класса по постсоветским масштабам.

– Значит, в девять у кафе?

– Да.

Да зашибись просто, у меня наверняка появятся мимические морщины от натужных усилий улыбаться весь вечер, а еще ведь надо не замечать этих прожигающих любопытством взглядов. Или ты думаешь, они не догадываются, удовольствовавшись пространным словосочетанием, близкая подруга. Ну да, как же.

Целый день приходится делать вид, что работаешь, цедя кофе из пластикового стаканчика, потом еще и излучать радость по случаю общения с каким-то лысеющим Игорем, в компании его сумасшедшей жены. Это по твоим представлениям она вменяемая, мне как персонажу стороннему виднее. В первую же нашу встречу эта прелестная дама поведала мне о своем целлюлите и каком-то там чудесном креме, который она по прекрасному совпадению распространяет. Я, блин, что похожа на человека, которому это интересно? Спасибо, что хоть согласилась наглядную агитацию отложить, а то б я не удержалась, да сказала что-нибудь каверзное, или сделала…

Очень уж привлекательна мысль о дуэли с Игорем, впрочем, это фантазии. Друзья так друзья, не смертельно.

И бесконечно тянущийся день я живу в ожидании нашей встречи. А мы, оказывается, дарим Игорю кальян, зависть страшное чувство, мне приходится слушать нотации о вреде курения, а этому вот товарищу – сей восхитительный предмет. Он и пользоваться-то им, наверное, не умеет, и рукопожатие у него вялое какое-то.

– Поздравляю вас, Игорь, уже тридцать восемь, на вид и тридцати не дашь. Славно за вами Маргарита ухаживает.

Я прям, горжусь собой, хорошо сказала, свечусь новогодней гирляндой от тонкости своего этикета.

– Ну, да, стараемся, вот недавно в Турции отдыхали, загар какой, а у нас, кстати, и фотографии в камере есть.

– Чудесно, можно взглянуть?

Однотипные ракурсы, подгорелые тела, но хоть какое-то занятие. Ты болтаешь долгих три часа, даже не замечая моих метаний на перекуры и завораживающих взглядов на минутную стрелку.

Знаешь, у официанта одна пуговица, третья сверху, скоро оторвется, а на потолке маленькое пятнышко, похожее на гриб, ну это если повернуть голову под нужным углом.

В такси я беру твою руку, и, наконец, расслабляюсь, платье у тебя сногсшибательное, как я сразу не заметила.

– Ты такая красивая сегодня. Славный вечер.

– Да, тебе не было скучно? Мне показалось, что ты была не на этой планете.

– Ну что ты, просто немного неудобно, я уверена, когда мы ближе познакомимся, они мне понравятся.

 

4) Я катастрофически невнимательна, однажды у меня спросили какого цвета глаза у моего лучшего друга, наверняка мне вспомнить так и не удалось. У тебя они серые, и маленькое пятнышко родинки у левого века, и еще невидимая сеточка морщинок, и ты хмуришь лоб, когда задумываешься. А больше всего мне нравится, когда ты прикусываешь нижнюю губу, растерянно глядя на меня, впрочем, такое случается нечасто. Это немного напрягает: попробуй сохранить лицо, если женщина рядом так уверена в своей правоте, и не безосновательно.

Однако все, что ты делаешь, я правда ценю. И когда ты отчитываешь меня каким-то менторским тоном, и когда бросаешь все, что находится под рукой, и когда замираешь рядом в постели, я всегда думаю, что мне чертовски повезло.

Обсудить на форуме